Баллады о Боре-Робингуде - Страница 86


К оглавлению

86

А можно поглядеть и иначе. Есть где-то там в Азии омерзительный диктаторский режим, с которым ни одна уважающая себя страна за соседнее сортирное очко не сядет (и не садится!). Основу тамошней экономики составляет наркобизнес – благодаря чему у нас тут скоро треть России сядет на иглу. Россия на все на это закрывает глаза – чтоб только не ссориться с союзником, «бастионом на пути исламского фундаментализма», но ведь, положа руку на сердце, господа, все эти азиаты по большому счету одним миром мазаны, нес па? А те от нашего попустительства совсем уже размахрились: тамошних русских мало что за людей не держат, так еще и устраивают гнусные шоу в стиле здешних «больших процессов»…

И вот нашлись отчаянные ребята, что пошли крошить всю эту азиатскую наркомафию: показали всему миру, что те диппочтой возят сюда героин, похитили ихнего главаря (якобы посла), – чтобы выменять на того кучу русских, которых там ни за что, ни про что приговорили к смерти… Как, по-вашему, наши с вами соотечественники при здешнем уровне правосознания воспримут такую историю?

– С восторгом, надо полагать, воспримут! – с ходу въезжает гарвардский. – «Посол, блин! Посол на хрен!»

– Именно! Так что ребята эти просто-напросто должны сделаться национальными героями, а вся их операция – стать НАШЕЙ операцией.

– То есть как это – НАШЕЙ? – виснет челюсть у генерала.

– Элементарно, Уотсон. Это именно МЫ нанесли сокрушительный удар по тюркестанской наркомафии и выслали из страны ее главаря, рядившегося в тогу посла, а главное – спасли жизнь соотечественников: «Наших – не тронь!» В тесных рамках закона делать такие фокусы нельзя – затем и создана «Белая рука», которой вроде как и нету вовсе… Рассказ о московских событиях в СМИ следует вести исключительно в восторженных тонах, и при этом закадровым рефреном должны идти эдакие многозначительные смешочки: «Средь бела дня крадут иностранного посла, а все силовые структуры типа никого не могут поймать? Ню-ню!..» Мобилизуйте лучших комментаторов – вроде этого, небритого… ну, Невзоров для интеллигенции… Далее…

77

За окнами Петровки-38 уже сгустились прозрачные летние сумерки. Майор Лемберт, пройдя пустым уже в этот час коридором Управления, распахивает дверь своего кабинета и застает там Сергуню с Олежеком.

– Какого черта вы еще не дома?

– Вас дожидаемся, Александр Арвидович! – опера-мордовороты сейчас более всего смахивают на парочку лохматых щенков, истомившихся в ожидании Хозяина. – Что-то не так?

А и верно – с сенсэем явно неладно! «Арийская морда» под седеющим ежиком, как всегда, непроницаема, только вот губы старшего опера (это хрен спрячешь!) приобрели ту голубоватую бледность, что очевидным образом взывает о таблетке валидола либо о стакане коньяку… Майор пару секунд хмуро глядит на подчиненных, а затем залихватски взмахивает рукой:

– Ладно, пошли выпьем, что ль! Я нынче при деньгах…

– Так ведь зарплата только послезавтра, Александр Арвидович! – изумляется старший группы, Олежек.

– Это у вас зарплата, а у меня – выходное пособие. А поскольку я в отпусках не бывал хрен те сколько лет, то и выходного пособия этого накопилось – до хренища. Ладно, в кои-то веки – гульнем! Сергуня, – тут майор извлекает из кармана кипу лиловых пятисоток, – ты назначаешься старшим за загул…

– А что с комитетчиком, сенсэй? – тихо спрашивает Олежек. – Или мы где-то лопухнулись?

– Мы все делали верно. Но комитетчик уже пьет водку у себя дома; а поскольку я даже постфактум не могу объяснить, как такое могло случиться, – меня и в самом деле пора на свалку, ОНИ правы…

78

Пыльнолицый «эксперт по кризисным ситуациям» продолжает четко рулить совещанием:

– Победа строится лишь из осколков поражения. Перед проигравшим всегда открыто больше возможностей, чем перед победителем, но об этом часто забывают… оттого-то столь незавидна судьба победивших в мировых войнах – сперва Франции с Англией, потом Советского Союза. И перед нами сейчас стоит задача: обратить в победу то поражение, что нанес нам этот самый Робингуд. Подчеркиваю: не латать дыры, минимизируя причиненный ущерб, а обратить ВСЮ ситуацию себе на пользу.

– Ладно, изобразить хорошую мину при плохой игре и сделать вид, будто на похищение этого наркопосла был наш негласный приказ – это понятно, – вступает гарвардский. – Но что тут можно обратить себе на пользу?

– Существование «Белой руки», разумеется!

– Не понял… – озадачивается на дальнем конце стола некто в штатском. – У нас есть целых три сверхсекретных подразделения для выполнения подобных задач; зачем нам еще одно?

– Именно затем, товарищ генерал-полковник, что ваши подразделения – сверхсекретные, а «Белая рука» будет действовать открыто, с шумом и помпой. Нам не нужна «Никита́», о существовании которой известно трем человекам на свете; нужен, если искать аналогии, Фантомас на службе Французского правительства…

– То есть фактически это вариант латиноамериканских «Эскадронов смерти»? – уточняет гарвардский. – Тайная полиция, на действия которой невозможно пожаловаться, поскольку ее вроде бы и не существует в природе?

– Именно так! Обратите внимание: этот чертов англичанин, Миллидж, ничуть не усомнился, что имеет дело с сотрудниками российских спецслужб. А существование такого «Эскадрона смерти» в отечественной аранжировке было бы воспринято общественным мнением чисто на ура: престиж милиции и суда – на нулевой отметке, и кто защитит простого человека от беспредела? Люди напуганы и озлоблены, они едва ли не поголовно голосуют за возврат смертной казни и введение упрощенного судопроизводства; на себя самого это упрощенное судопроизводство никто, естественно, не примеряет: «Мне-то чего бояться – я, чай, не бандит и не Чубайс!» Мало того; я тут недавно проводил анализ, – с этими словами пыльнолицый лезет в свою обтрепанную синюю папку, – и оказалось, что этими мотивами переполнена вся современная российская беллетристика, особенно фантастика. Романтизация, чтоб не сказать поэтизация, эскадроноподобных контор для бессудной расправы – это теперь общее место. Почва подготовлена, господа, – пора сеять!

86